Как бы ни разочаровывал нынешний гегемон, альтернативы выглядят еще хуже.
Дональд Трамп считает, что если Штаты потеряют доллар как мировую валюту… это будет равносильно проигрышу в войне. Однако именно он может спровоцировать такую потерю. Мир полагается на иностранную валюту, только если доверяет ее надежности и ликвидности. Доверие к доллару медленно тает уже давно. Теперь, при Трампе, США ведут себя слишком непредсказуемо, безразлично и даже враждебно: вряд ли кто-то захочет доверять стране, которая развязала торговую войну против собственных союзников.
Многие хотели бы отказаться от доллара прямо сейчас, но им не хватает убедительной альтернативы. Посмотрим, что может сменить USD на посту валютного гегемона.
Почему доллар до сих пор правит миром.
Доллар лидирует в мировой экономике уже сто лет. Он сам когда-то сместил британский фунт после Первой мировой войны, когда влияние и богатство Великобритании пошли на спад. Однако США, в отличие от тогдашней Британии, не слабеют: по данным МВФ, их доля в мировом ВВП составляла 26% в 2024 году против 25% в 1980 году. Учитывая стремительный рост Китая за этот период, цифры впечатляют. Америка по-прежнему лидирует в технологиях и сохраняет военное превосходство. Ее финансовые рынки остаются самыми глубокими и ликвидными в мире.
В четвертом квартале прошлого года 58% мировых резервов хранились в долларах. Это меньше 71% в начале 1999 года, но все равно значительно превышает 20% для евро. По данным MacroMicro, в долларах по-прежнему выражены 81% торгового финансирования, 48% международных облигаций и 47% трансграничных банковских требований.
Чарльз Киндлбергер в своих работах доказывал, что стабильность открытой мировой экономики зависит от гегемона, готового обеспечивать важнейшие общественные блага: открытые рынки, стабильную валюту и кредитора последней инстанции в кризис. Британия выполняла все три функции до 1914 года. США взяли эту роль после 1945 года. Но в промежутке Британия не могла, а США не хотели обеспечивать эти блага. Результат оказался катастрофическим.
Откуда взялся кризис доверия к доллару.
Эпоха доллара пережила множество потрясений. Восстановление Европы и Японии подорвало Бреттон-Вудскую систему фиксированных курсов. В 1971 году Ричард Никсон, президент, наиболее похожий на Трампа, девальвировал доллар. Это вызвало высокую инфляцию, которая утихла только в 1980-х, что привело к плавающим курсам, созданию европейского валютного механизма и затем евро.
Экономисты предполагали, что валютные резервы потеряют значение в мире плавающих курсов, но многочисленные финансовые кризисы, особенно азиатский кризис конца 1990-х, доказали обратное. Кредиты ФРС также сохранили важность, особенно во время финансового кризиса 2008–2009 годов.
Условия Киндлбергера все еще актуальны. Сетевые эффекты поддерживают доминирующие валюты: все выигрывают, используя ту же валюту, что и другие. Но что если гегемон использует каждый экономический рычаг, включая финансовые санкции, чтобы добиться своего? Что если он подрывает собственную финансовую стабильность и институциональные основы своего успеха? Что если его лидер — непредсказуемый хулиган?